Всё нормально!

Меня удивила предельная открытость этого молодого человека, когда он отвечал на вопросы, касающиеся его участия в спецоперации. Бойцы, как правило, пытаются уйти от подробностей.

Война – штука страшная, особенно в наши дни, когда используется современная техника. О многом из того, что рассказал Рустам Исмагилов, я не смогу написать на страницах газеты.

Но всем надо знать главное: мы обязательно победим.

Вопрос о грядущей победе у Рустама не вызывает никаких сомнений. Я задал его, скорее, в дежурном порядке и наткнулся на удивленный взгляд своего собеседника, который ясно говорил, что у нас просто нет выбора!

Рустам Исмагилов родился в Белорецке. Как многие дети, сначала ходил в детский садик, потом учился в школе, служил в армии.

– Срочную службу проходил в спецназе, — рассказывает он. – Хорошая была школа жизни.

Получилось, что первые навыки боевой подготовки наш земляк получил задолго до Украины.

Мы идём с Рустамом по Аллее Героев.

– Давайте присядем, — предложил Рустам.

– Вам, наверное, тяжело ходить?

– Всё нормально!

Заметил, что эту фразу он произносит часто.

У Рустама два ранения, после которых решением медицинской комиссии он был отправлен со спецоперации в мирную жизнь.

– Знаете, что я понял? – бросает Рустам взгляд в мою сторону и, не дожидаясь ответа, продолжает: — Все проблемы, с которыми здесь люди сталкиваются, там выглядят просто ничтожными!

Его судьба навсегда разделилась на две части: одна — здесь, другая — там. Здесь — относительный покой и благополучие, там – смерть, которая ежечасно, ежеминутно ходит по краям окопов и заглядывает в блиндажи.

Здесь – равнодушие и даже холодная отчужденность людей друг от друга, там – настоящая мужская дружба и братство.

– Получив повестку, я спокойно отнёсся к тому, что надо идти на войну, — вспоминает он. – Меня родители так воспитали: надо – значит надо. У меня уже было двое маленьких детей… Хотя родные, конечно, переживали.

На СВО за два месяца он похудел на тридцать килограммов. Сейчас рассказывает об этом, улыбаясь, как будто шутит. Он вообще человек веселый. Говорит, что там, на передовой, люди по-другому относятся к действительности: первоначальный страх притупляется, иначе можно просто сойти с ума. И любой человек сразу же обнаруживает себя – и свои достоинства, и недостатки. Скрыть ничего невозможно!

– За мои организаторские способности меня назначили исполняющим обязанности командира взвода, хотя я не напрашивался. Офицеров первое время не хватало, — рассказывает Рустам. – Я старался поступать всегда по справедливости. Пацаны меня понимали, никто ни над кем не возвышался. Поэтому всё у нас было нормально.

– Помните первый бой?

– Ничего особенного: мы стояли на дежурстве, заметили движение на той стороне. А там почему-то ночи тёмные!.. Мы открыли огонь. Это и было первое боевое столкновение, если без подробностей. Всё нормально! Через неделю меня слегка зацепило осколком. Мы связь налаживали, и в нашу сторону «тяжелая» стала работать… Спас бронежилет.

Боец уточняет, что выражение «работает тяжелая» бойцы употребляют, когда стрельба ведётся из минометов, танков, артиллерии.

– Бронежилет бойцы не снимают никогда, — уточняет Рустам. – У меня он металлический был, правда и весил раза в три больше, чем обычные, которые из керамики.

Его позывной – «Урус», по-башкирски это значит — «русский». На фронте нет национальностей: Рустам выбрал позывной безо всякой подоплёки, просто само это слово — хлёсткое и запоминающееся.

– По радейке его хорошо было слышно, — уточняет он (и тут же добавляет, что «радейка» — это рация). – Мой позывной трудно было перепутать с другими.

Следующее ранение Рустама было серьёзным: один осколок попал в шею, другой пробил насквозь руку.

– Говорят, что почечная боль самая жуткая, — говорит он. – Не знаю, не испытывал, но боль от ранения – это…

Боец даёт понять, что болевой порог, когда осколок пронзает тело, превышает все допустимые нормы. И говорит об этом опять же весело!

– Нас тогда троих зацепило, вместе со мной были «Муга» и «Вазир»… «Вазиру» особое спасибо! Он был для нас, как отец. Кстати, напишите о нём, он сейчас в Белорецке…

Обещаю непременно встретиться с «Вазиром», а Рустам рассказывает дальше:

– Я сменил несколько госпиталей, окончательно на ноги меня поставили в Москве, в госпитале имени Бурденко. Спасибо врачам! Отдельный поклон – моим родственникам и друзьям. Стас, мой друг детства, он живет сегодня в Москве, навещал меня чуть ли не ежедневно. Правильно говорят, что друзья познаются в беде.

Один осколок сидит в теле Рустама до сих пор.

– Первоначально левая сторона тела вообще не работала, — говорит он, но тут же осекается, потому что не любит жаловаться.

– О чём вы мечтаете?

– Чтобы быстрее пацаны вернулись оттуда. Живыми! Каждый день думаю о них, часто звоню.

Недавно Рустам Исмагилов отремонтировал старенькую «Ниву» и отправил её вместе с гумконвоем на фронт. Гуманитарку собирали в группе «Быть добру!». В Белорецке много неравнодушных людей, которые оказывают помощь нашим бойцам на передовой.

– А ещё хочу, чтобы мои дети выросли сильными, — сказал «Урус». – Чтобы стали настоящими людьми.

– Осколок в теле не беспокоит?

– Всё нормально!

Источник:
Исмагилов, Р. Всё нормально! : [беседа с участником специальной военной операции Р. Исмагиловым, позывной «Урус» / записал И. Калугин] / Р. Исмагилов. – Текст : непосредственный // Белорецкий рабочий. – 2025. – 5 сентября. – С. 8.